Назад
Судьба наблюдателя

 

В начале 24 века квантовый релятивизм из прекрасной романтической абстракции, существующей только в мире сверхмалых форм, превратился в горькую правду жизни для всех тех, кто состоит больше чем из одного атома. Как это произошло, оставалось загадкой - то ли Земля прошла сквозь мощный пучок радиации, то ли на ее пути оказался канал, ведущий в другое измерение. В любом случае, на следующее утро после Великого Перехода население Земли изрядно сократилось.

О том, что произошло, можно было бы сказать в двух словах, однако эта простота не отменяла качества изменений. Просто в одночасье поменялись основания для персонального существования. Теперь для того, чтобы жить, двигаться и думать мне нужно быть схваченным в фокусе чьего-либо взгляда. Наблюдатель не просто влиял на наблюдаемое, теперь наблюдатель позволял наблюдаемому оказывать на него впечатление. Траектория взгляда стала пуповиной, которая питает материальность. Невидимое стало синонимом несуществующего.

 

Те люди, которые в момент перехода оказали одни, постепенно истаяли в воздухе. Те, кому удалось посмотреть на себя в зеркало, так и остались стоять на месте подобно соляным столбам. Немногие, кому повезло не отвести друг от друга взгляда, ощутили себя брошенными на весы, и плечи этого механизма проходили через центр их зрачков. В дальнейшем, для поддержания жизни взгляд глаза в глаза стал необязателен, важно было чтобы поверхность тела была хоть немного освещена чьим либо вниманием.

 

Возникла любопытная социальная организация. Зеркала были исключены из обращения, поскольку выяснилось, что они запускают бесконечный процесс циркуляции взгляда, который ставит жизнь на паузу. Можно было разбить зеркало и тогда человек немедленно приходил в себя, однако его личность оставалась лежать осколками на полу, лишенная связующей амальгамы. Нельзя стало засыпать без присмотра; но те, кто видел во сне своих исчезнувших друзей, на несколько минут парадоксальной фазы возвращали к жизни растерянных призраков, которые исчезали сразу после их пробуждения, если вдруг не начинали сниться кому то еще. Если долго смотреть на фотографию, она начинала двигаться, постепенно ускоряясь для того, чтобы покинуть свои белоснежные границы.

 

Люди стали жить тесно, в больших общих помещениях. Они разбивались на группы и за каждой приглядывал один наблюдатель, который в свою очередь становился частью  группы, на которую также смотрели. Была тем не менее, одна проблема. До того, кто стоял на вершине визуальной цепочки, не долетали взгляды тех, за кем ему приходилось наблюдать. Тогда было решено всем вместе посмотреть в одну точку, чтобы в ней появилось то, что было всегда, но оставалось невидимым. Потому что давно стало ясно, что не предмет притягивает взгляд, но взгляд возвращает предмету право быть.

 

Мудрецы говорили о том, что в самой темной точке мира живет Бог. Его глаза закрыты, поскольку их не щекочет чужой взгляд. Он смотрит на самого себя, потому что его взгляд отражается от внутренней поверхности век и поэтому он недвижим и спокоен к несправедливостям внешнего мира. Его надо просто разбудить и тогда он будет глядеть на нас как самый последний зритель, не покидающий зал даже после того, как выключен свет и занавес падает на пол.

 

Итак, вся община, вся до последнего человека, однажды начала смотреть в самый темный угол пещеры. До самого последнего человека, потому что вера их была сильна. Но и она исчезла, когда никто так и не посмотрел оттуда в ответ.  

677
Поделиться
Рейтинг@Mail.ru Индекс цитирования